Жизненный цикл проекта "деньги" от рождения в виде монет до гибели в виде агрегаторов.

Дмитрий Буянов, выпускник факультета прикладной математики МИЭМ, опубликовал любопытный комментарий на перевод книги: Ник Срничек. Капитализм платформ (оригинал: Platform Capitalism. Nick Srnicek. Polity Press. 2017). Прежде чем перейти к теме, заявленной в названии - приведу цитату и комментария на книгу Срничека (ссылка на полный текст*):
«Высокие технологии, низкий уровень жизни» — эта формула, выработанная современными антиутопиями, кажется абсурдной. Технологии должны облегчать жизнь и повышать производительность труда; как вообще в XXI веке возможна бедность? Однако антиутопия сбывается: достаточно вспомнить недавние протесты курьеров и таксистов против интернет-сервисов, соединяющих их с клиентами. Схема известна со времён появления Uber. Корпорация держит удобное приложение для поиска такси, перекладывая содержание автомобилей и конфликты с водителями на множество мелких компаний, при этом демпингуя цены в борьбе с другими такими же корпорациями и сервисами. Крайними оказываются таксисты, из своего кармана оплачивающие услуги сервиса, демпинг, штрафы, «сорвавшихся» клиентов и т. п. При этом корпорации уровня Uber как бы ни за что не отвечают, лишь предоставляя «любому желающему» электронную платформу, и находятся вне досягаемости рядовых работников. Стоит ли удивляться, когда оказывается, что весомая часть курьеров или таксистов — это мигранты и другие незащищённые категории населения, которые согласны работать за копейки и в любых условиях? Но проблемы не ограничиваются этим видимым уровнем. Аналогичный «сервисно-платформенный» подход корпорации осваивают и в торговле, и в логистике (громкие скандалы с эксплуатацией рабочих на складах Amazon), и в промышленности (платформы для аутсорсинга — делегирования задач мелким иностранным компаниям; промышленный интернет вещей, контролирующий как заказы и поставки, так и сам процесс производства), и в коммуникациях (социальные сети, торгующие данными пользователей и рекламой), и даже в самих высоких технологиях (опять же аутсорсинг; облачные хранилища данных и сервера; централизованная продажа научных статей; интернет-магазины программ, игр и музыки). Результаты ожидаемы: даже совсем не бедствующие издатели компьютерных игр выступают против высоких процентов, которые забирают себе с продаж крупные игровые интернет-магазины.
Почему высокие технологии в руках одних требуют низкого уровня жизни у других? (конец цитаты).

Оставим в стороне дальнейшие выкладки Дмитрия Буянова о капитализме, и перейдем к теме: Жизненный цикл проекта "деньги" от рождения в виде монет до гибели в виде агрегаторов.
Collapse )

От хрематистики к экономике

Так как хрематистика расположена рядом с экономикой, люди принимают её за саму экономику; но она не экономика. Потому что хрематистика не следует природе, а направлена на эксплуатирование. На неё работает ростовщичество, которое по понятным причинам ненавидится, так как оно черпает свою прибыль из самих денег, а не из вещей, к распространению которых были введены деньги. Деньги должны были облегчить торговлю, но ростовщический процент увеличивает сами деньги. Поэтому этот вид обогащения самый извращённый.
— Аристотель. «Политика»



Эта цитата есть в Википедии.
Возможности хрематистики не исчерпаны, она должна съесть нас, а потом сожрать сама себя.
Но способ вернуть себе экономику также перед глазами, а возможностей и инструментов для реализации несравненно больше, чем двадцать лет назад. Их сейчас – точно с избытком.


Создание человеческой среды обитания

Город не является нормальной средой обитания для человека. Город – среда обитания капитала, как промышленного, так и финансового, люди в нём –детали, инструменты для его существования. Когда-то города были центрами торговли и промышленности, позже промышленность стали выносить из городов. Современная конъюнктура сообщает нам о том, что для торговли города больше не нужны, коммуникации развиты достаточно и достаточно давно. Логистика привязывает крупные перерабатывающие предприятия первых переделов к местам добычи, но практически все прочие производственные переделы могут находиться территориально разрознено, это больше не является проблемой совсем. То есть, связка: информация-коммуникации-логистика-технологии, в современном состоянии – она лишает город причины его возникновения.

Современный уровень знаний позволяет разумно и красиво интегрировать человека в природную среду, создавать городки-сады, организовывать такую среду обирания, которая наиболее благоприятна для жизни человека, его развития, развития его детей и формирования саморазвивающегося социума. И для этого не нужно «финансирования».


Создание экономики, как хозяйствования для жизни, достойной человека

В 20 веке город поглотил село и, в процессе своего развития к нашему времени, с одной стороны, создал инструменты, дающие селу (уже практически не существующему) преимущества перед собой и, с другой стороны, деградировал с точки зрения человечности среды обитания. В настоящее время есть все предпосылки для того чтобы маятник качнулся в обратную сторону и, если вести себя разумно, постоянно уменьшал амплитуду колебаний выравнивая роли города и села в становлении человека и человечества.

Городские люди занимают под жилые дома близлежащие деревни, строят коттеджные поселки различных типов и все эти переезды из города (наверное, справедливо) считаются улучшением жилищных условий в плоть до «элитных» вариантов. Однако, если посмотреть на историю развития такой миграции, или просто разумно прикинуть, все это - те же городские спальные районы с различной степенью насыщенности инфраструктурными объектами городского типа и расширенными (или нет) развлекательными зонами. И той же судьбой. Там нет экономики, потому что это городские хвосты и создание благ находится в городе, а в село приносят городские деньги.

В городских условиях люди теряют самостоятельность. Службы обслуживают, магазины снабжают, больницы лечат, администрация решает. Этот подход нельзя распространять на сельскую местность, он просто не будет там работать. И получается, что каждый двор городских мигрантов организует этакую замкнутую мини-систему и эти мини-системы пытаются между собой как-то взаимодействовать, или не пытаются. Тупиковый путь, дети этих людей вернутся в город.

Если изначально рассматривать, например, коттеджный поселок (еще на стадии выбора места и проектирования) как экономический субъект, который должен иметь бюджетный профицит не за счет взносов, а за счет собственных предприятий, вполне логично, например, будет не закупать строительные материалы, а создавать мини-производства на собственной территории и производить их. Это будет в разы дешевле и, когда поселок будет достроен, производства продолжат свою работу обеспечив и занятость жителям, и строительные материалы для дальнейшего развития, и доход с их продажи. Развить такой подход – будет и пищевое производство, и сельское хозяйство, и промпроизводство и, как результат, все будут и при деле, и в достатке.

Деревня, проектируемая как экономический субъект, сейчас легко позволяет перенести туда существующие малые производственные предприятия из города, создать новые предприятия, организовать производственную кооперацию между предприятиями – и это будет мощнейшей основой для экономического развития деревни. Именно производственная кооперация позволяет, не прибегая к финансовым механизмам, создавать блага для себя и реализовывать излишки, а вырученные средства направлять на дальнейшее развитие и самообеспечение жителей.


Продолжение следует.

ХОРОШО ЖИТЬ

Я много раз наблюдал, в разных формах, зарисовки людей по поводу собственного ожидаемого будущего. Это и когда-то модные визуализации, и рассуждения, и мечты, и списки долгосрочных планов… Я много поездил по России и немного по Европе чтобы сказать: не получится. Несмотря на то, что во всем многообразии мечт можно легко выделить ключевые и практически одинаковые, реальное положение дел говорит о том, что не получится почти у всех, получится у немногих, да и у тех получится совсем не всё. Потому что связка «хороший дом – бизнес – классные друзья – прекрасная семья – путешествия – крутая тачка – самореализация – пассивный доход» (это основные, плюс-минус) обречена на разрыв/ выпадение значительного числа звеньев, и рано или поздно понимание этого приходит почти ко всем, чаще молчаливо и вместе с принятием, но обычно поздно.

Однако, если предположить, что мы имеем дело не с собственной жизнью, когда есть возможность тратить время на всяческую ерунду, а с компьютерной игрой с теми же мечтами-целями, в которой есть как обширные ограничивающие правила, так и изобилие возможностей для маневра, для собственного проектирования системы, планирования событий, конструирования взаимодействий с игроками – окажется, что это достаточно увлекательно, что цели у нас ограниченные, а часто ущербные по сравнению с теми возможностями, которые дает игра. Что, в основном, правила взаимодействия с игроками – это предустановки, и они легко меняются, что модели поведения, шаблоны целей – лишь заложены в программе заботливыми программистами и это лишь модели и шаблоны, и ими же заложены возможности для того, чтобы строить свои модели и свои шаблоны. И именно это является сутью и смыслом игры, а вовсе не путешествие с комфортом или без из точки А в точку Б, от рождения до гроба.

Что же в жизни? А здесь человек сделать ничего и не хочет. Делать, иногда, что-нибудь хочет, а сделать – нет, редко очень. По большому счету он из точки А как выходит, так, неожиданно, в точке Б и оказывается, типа не знал с самого начала. На отрезке А-Б есть галочки выполнения обязательных пунктов программы, иногда необязательных. В общих чертах жить человек хочет хорошо, как хорошо – тоже иногда знает, а вот что сделать для того, чтобы было хорошо –затык. Жить хорошо хочет, а сделать это – нет. Начинается что-то в духе «нужен бизнес», «заработать денег», «ипотека», «замуж», «карьера» и т.п. Но это даже не сама игра, это программные шаблоны для упорядочивания трафика, это подпрограммы-посредники, которые либо вообще не ведут к намеченной цели, либо ведут с дополнительной нагрузкой в виде банды нахлебников, да, в прочем, и не совсем туда, куда намечено.

Чтобы пол был чистый - нужно его помыть, и он будет настолько чистый, насколько помыт – это вполне понятно, а как дело доходит до хорошо жить, до деятельности с целью реализации этого хорошо – все заканчивается, обычно даже не начавшись. Хотя и в том и другом случае речь как раз об экономике в ее классическом, Аристотелевском, понимании.

Борьба бобра с козлом

Процессы, стремительно разворачивающейся на мировой арене, явно выделяют сторонников глобализма (финкап, условный Гейтс и пр.) и изоляционизма (условные Трамп, производственные корпорации и т.п.). В случае победы первых будет жить проще, сытнее, бестолковее и бессмысленнее, а при победе вторых - труднее, возможно, беднее, но веселее и, в общем, сознательнее. Достаточно очевидно, что простому человеку стоит принять сторону вторых, но и это будет очень тактическое решение. Во-первых, для среднего человека это совсем не простой выбор, а во-вторых, на самом деле это не выбор даже: и в том и другом случае вся нагрузка ляжет на того же человека, просто груз распределится на разные точки по-разному - то есть, предлагается выбрать и поддержать тех, кто будет решать, куда на тебя навалят груз. По-хорошему, нужно уже представлять третью силу в таких делах. Как-то так сложилось, что никто не рассматривает действительных альтернатив. Рассматриваются действия условных правых и левых при первом или втором варианте развития ситуации и правые и левые разного пошиба тянут в сторону либо изоляционизма, либо глобализма. Особняком, конечно, стоит наш вождь, отдавший эти мелкие игры на откуп регионам, но сейчас не об этом.

Проблема заключается в том, что тут все варианты плохи и не учитывают самого важного. Человек сидит и размышляет на тему «как и кто мной будет управлять». Этот человек уже раздал катастрофически много рычагов своего управления. Сложившаяся ситуация ставит перед нами вопрос "что делать?", вместо ответа на который мы стремимся найти "кто виноват" и топить за того, кто "прав".

Мы, люди, не владеющие ни реальной властью, ни финансами для реализации власти через механизмы финкапа, ограниченные в возможностях, тем не менее обладаем важным: именно нашими руками, головами будут создаваться предполагаемые блага, именно ими будут реализовываться планы и тех и других. И это справедливо просто потому, что своих планов у нас, хоть сколько долгосрочных планов - нет, есть лишь желание поудобнее встроится в ту систему, которая будет принята. Понятно, что встроиться в систему придётся так или иначе, поэтому, сейчас важно лишь - в каком статусе.

Мы, как никогда, зависимы от функционирования системы, поэтому так важно и нужно достичь нормальной для жизнедеятельности автономности. Мы не можем ни нормально питаться, ни обеспечить себя жильем, ни установить достаточные социальные контакты для просто человеческого существования, и в этот омут затягивает все большие слои населения. В магазинах ломятся прилавки, но еды там нет, вода продается и это плохая вода, жилье бесчеловечно, но этого уже почти никто не замечает. При трезвом взгляде мы живем в непригодных условиях и здесь ни ЗОЖ ни бодрячок не поможет совсем. Это касается всех, может быть, кроме тончайшей прослойки, лично мне не знакомой. Мы едим плохую еду, потому что хорошей не найти, мы используем плохие вещи, потому что хорошие создавать не выгодно. У нас остановлен технический прогресс, развивается лишь технологический, а технический должен опережать. Философия превратилась в служанку, экономика обслуживает финкап, социология нацелена на управление, а не на совершенствование и т.д. и т.п. Зато мы с пеной у рта (ну, или тихой сапой) топим за тех или за этих – но мы даже не зрители, мы расходники и тягловые.

Для того, чтобы это изменить, не нужны ни межклассовая борьба, ни голоса избирателей, ни возмущение, ни сопротивление, ни деньги, ни воля всевышнего. Нужно перестать делать то, что ведет в никуда и начать делать то, что приведет к планируемым результатам. Для того, чтобы к обеду был борщ не нужны «деньги», нужно чтобы были все ингредиенты и руки, которые его приготовят. Для того, чтобы было нормальное жилье – не нужна ипотека, нужны стройматериалы, земля и руки, которые его построят. Чтобы вещи были хороши – их нужно создавать, другого пути нет. Современная финансовая система будет меняться, но это не коснется принципа ее работы и нас, простых людей. Она все так же будет работать ради себя самой, ради собственной экспансии, а мы все так же будем винтиками этого механизма, наш производственный потенциал все также будет либо уходить в ее черную дыру, либо утилизироваться, как нежелательный. Да, многие надеются и рассчитывают на то, что им удастся в жизни оседлать успех. Но посмотрите вокруг, скольких людей вы видите, кому это удалось, кому это удалось достойной ценой, и кто утащит в гроб все это барахло или оставит его благодарным и таким же умелым и неглупым потомкам? Сделайте беглый исторический срез размером в свою жизнь – ну, скольким, как там успехи? И есть основания рассчитывать, что дальше будет хорошо или хотя-бы лучше?

Ожидание того, что, после того как битва между козлом и бобром завершится, наступит пора, когда, либо тот, либо другой займется наконец-то благами человека – беспочвенны, не имеют под собой никаких оснований. Никто не займется, цель и тех, и других – построение своего мира и для себя, не нашего и не для нас. И это справедливо.

День Победы

В неожиданно подкравшемся раскладе, который займет достойное место в будущих исследованиях у социологов и психиатров, в горячих выступления блогеров, политиков, аналитиков и журналистов, везде присутствует скрываемая или нет растерянность в плане «Что делать?» хоть на какую-то перспективу. С «Кто виноват?» более-менее все в порядке и, если послушать всех, то виноваты все, что, в общем-то, справедливо.

Большинство (политики и обслуживающие медиа не в счёт) сходятся во мнении о том, что кризис глубоко системный, но даже самые отпетые рассматривают как желанную перспективу какие-то вариации/компиляции на тему героического прошлого из фрагментов различных систем.

Призывающие менять существующую систему, вносить в нее изменения не учитывают факт, что у всякой системы есть авторы, хозяева, обслуга и т.д. Подразумевается, что система – народное достояние, но это не так, и хозяева системы будут в своем праве, надавав по рукам посягнувшим. Это же, в равной степени, касается как «изменения мира», причинения добра так и «ради вашего же блага», кстати. Однако, создавая собственную систему, не встроенную в существующую, а способную к автономии, самоподдерживанию – ее авторы будут также в своем праве.

Ошибка левого движения состоит в том, что оно затевает борьбу не видя врага, перенося свое внимания на доступный субъект (буржуа), а центристов и правых в том, что затевают шашни, не понимая с кем/чем имеют дело. И те, и другие всерьез не рассматривают наличие волевой сущности, помимо условных буржуев и условного пролетариата различных пошибов. Те же, кто понимает – либо играет по правилам, либо затевает заведомо проигрышную партию, надеясь переиграть.
Финансовый капитал – это не люди, и не группа лиц, это непосредственно сам капитал и та система, которая создана для его паразитической жизнедеятельности. Люди здесь, любого ранга – лишь преобразователи сигнала сущности «Финкап», носители и проводники его воли, приобретатели мелких и тактических выгод. Нет, не как биороботы, а как истинные христиане с десятью заповедями и пр.

Сейчас мы наблюдаем то, что было видно из далека, и многими аналитиками предсказывалось. От сроков, формы проявления, подачи кризиса, наверное, прифигели все, но то, что он будет, было ясно уже после развала Союза.
Нас нагибают, и мы нагибаемся, потому что думаем, что есть что терять. Но у нас не проявлена ни честь, ни достоинство – поэтому нас нагибать можно и поэтому же нам терять нечего. Бутафорская маска демократии, законности и конституционного строя слетела с лица фашизма, ритуально отпраздновавшего свою победу в канун 75-летия Великой Победы. 9 мая был для системы отличным индикатором.

Что нам делать?

Смотря, что мы хотим сделать.
По набору последних действий Финкапа уже достаточно точно можно определить их дальнейшую траекторию и цель. И, на мой взгляд, всякому разумному не могут быть по нраву ни средства, ни цели. Выгодоприобретатели же (точнее, те, кто таковыми себя считает) находятся в состоянии омрачения сознания, как все носители фиксированных идей.
Если понимать, что а) дальнейшее развитие Финкапа – это яма человечества и б) в игре с Финкапом выиграть невозможно в силу правил игры – то мы находимся в идеальной ситуации, когда выбора нет, то есть решение проблемы может быть только единственным.

Во-первых, проявить уважение, честь и достоинство: действовать в соответствии с Конституцией (какой бы она ни была) и прекратить требовать, как на базаре. Требовать – в суде. Вести разъяснительную работу о нарушаемых конституционных правах. Бойкотировать незаконные требования. При этом нужно позаботиться о тех, кто по каким-то причинам видит ситуацию иначе. Это должно быть что-то типа итальянской забастовки, того же формата, федерального масштаба. Завалить суды, правительство, думу, президента качественными содержательными бумагами – они должны стать одним из базисов для отставки правительства, переизбрания Думы, перевыборов гаранта Конституционного строя, внесения изменений в Конституцию, Судебную систему. Все это (не исчерпывающе, видимо, но это вектор) затормозит процесс деградации строя и обозначит пассионарную силу.

Во-вторых, срочно начать формирование параллельной нефинансовой экономики. Не развитие теневой экономики, не встраивание в существующую – это всё вид сбоку, а формирование экономики взамен хрематистики. Нужна иная система, на иных учетных единицах, на принципах созидания, кооперации, симбиоза, а не извлечения монетарной прибыли.

В-третьих, и т.д. сложится по результатам первых двух. Но первые два этапа необходимы оба, второй в большей степени чем первый.

Это то, что нужно делать при любом развитии событий. Не важно на пороге поворота какого характера мы все находимся, жить мы будем (если будем) либо в рамках существующей «экономики», либо в той экономике, которую создадим сами - а значит в той среде обитания, которая нужна нам, а не в загонах, устроенных для нас. И существовать будем в социуме либо с честью и достоинством, либо без.

Вот так вот, тезисно.

Да, были деньги в наше время...

...выкинуть из головы те представления о «деньгах», которыми мы руководствуемся, рассуждая о них. Все разговоры о деньгах почему-то строятся исходя из того, что деньги – они вот такие, какие есть.
Современные деньги перестали быть деньгами уже совсем, они создают проблем больше, чем решают. Шевеления с блокчейном, смартконтрактами, уже безудержное шулерство с долларом – как раз о понимании проблемы и говорит: нужно что-то иное. Но, опять таки, пипл смотрит на все это и рассуждает в духе «лучше будет или хуже»?
В то время как нет никаких препятствий для того, чтобы вернуть деньгам их, как мне видится, первоначальный смысл. У меня есть соображение, что мена-монета-money это однокоренные слова, что бы там гугл ни говорил. Легко представить, как в незапамятные времена образовавшаяся артель добытчиков серебра учитывает вклад, долю каждого труженика в конечном продукте, слитках серебра, потом в соответствии с суммой долей рубит слитки на общее количество частей и получает рубли.

И даже не важно, было ли так на самом деле, важно то, что договориться, оценить и посчитать реальный вклад в создаваемый продукт – проблема невеликая и сугубо бухгалтерская. Размышляя в этом ключе, становится понятно, что, если создать межотраслевое объединение, в котором будут перекрыты хотя-бы 80% внутренних нужд (а это не трудно) - получится корпорация, которая по вышеописанному принципу легко сможет эмитировать собственные деньги, а менеджмент возьмет положенные себе 10%, и это справедливо. Как только это получилось мы сможем наблюдать стремительный рост, который скоро упрется в потолок, поэтому нужна – экспансия. Учитывая проблему с распространением информации, можно заранее закладывать интриги: спекуляции, обвалы микрорынков, создание избыточного спроса/предложения и т.п. Модель проста, обречена на успех, экспансия (франшиза) попрет. Проблема возникнет, когда менеджмент решит, что он бог, 10% мало, к франшизе нужно добавить военный захват, тогда нужно себя легитимизировать и т.д., и т.п., т.е. заиграется и начнется трэш (а это произойдет, без исключения). И да, вот и появился Финкап)
В общих чертах именно это и происходило последние лет 200-300, думаю. Что являлось необходимым условием такой возможности у менеджмента? Низкая информированность, хреновая логистика и прерывистые коммуникации. Но, сегодня у нас этих проблем нет, а значит у менеджмента уже нет этих возможностей, и он тратит кучу усилий, чтобы создать эти проблемы. То есть, к моменту появления нормальных и общедоступных коммуникаций и логистики менеджмент просто обязан стать диктатором и хозяином жизней, иначе он перестает быть нужен. То есть власть будет нужна, но нужна в совершенно иной форме – в той же форме, в которой артели добытчиков серебра нужна была нехитрая система, чтобы получить рубли.
Обобщу. Кризис, который мы наблюдаем, это капитальный кризис капитала) И финкап будет использовать те возможности, которые стали всеобщим достоянием: логистика (закрывает кордоны), информированность (цифровизация всего и вся, системы контроля и управления) и коммуникации (атомизация общества, прерывания). Причем, нет разницы, какое государство: США, КНДР, КНР, Бразилия или Гондурас – по мне, это все одна шайка-лейка в контексте денег/управления, вид просто с разных боков.
И что делать? Начинать с начала. У нас сейчас все есть для этого, как никогда много: коммуникации, логистика, информационные системы. Нет никаких препятствий для того, чтобы организовываться в коллективы, компании, не считая деньги, а считая доли от будущего продукта Просто исключив налоговую базу уже получаем плюс половину к производительности, но даже это не суть.
А дальше – экспансия. И – voilà, при должном масштабировании появятся новые, нормальные деньги. Если не тупить. Только тсссс!

Пора любви

Не скажу, чтобы я прям разыскивал обсуждения, но не натыкался на сколь-нибудь глубокие споры точно.



"Любовь" - обычно инструмент обсуждения, редко и вскользь предмет. Даже богов описывают, объясняют через любовь, оставляя за скобками определение самой любви, как что-то само-собой разумеющееся. Словари описывают любовь в этаком практичном событийном смысле, как чувство, как отношение, не как свойство или простое понятие.
Объяснения, которое бы, вставленное в контекст вместо слова "любовь", позволяло внести какую-то ясность, сделать её понятнее, я не встречал. Те же определения, которые можно отыскать (а их полно) сделают фразу лишь более туманной или трактуемой до потери смысла.

В то же время можно встретить такую параллель: любовь = глубокая связь. И вот это, не в значении привязанности, а в значении именно самой связи, взаимной обусловленности, в трактовках разделов физики и химии - может и быть ключом к пониманию предмета.

Любовь = многообразие связей (сами связи, само их наличие, само чудо их существования) в различных слоях и уровнях. Тогда влюблённость - восторг от нового ощущения обнаруженного многообразия связей, переживание этого инсайта; "Бог есть любовь" становится понятным, а "безусловная любовь" приобретает здоровый вкус и цвет. 

Ну и так далее, там много чего ещё, сами справитесь

На распутье

Обстоятельства расставляют все точки над «О», и тем предпринимателям, которые находились в счастливом неведении, прямо указали на их положение в пищевой цепочке. И это можно рассматривать как хорошую новость для тех пассионариев, кто растерял иллюзорные цели, но сохранил дух пассионарности.

Укрупнение, экономика корпораций, слияние корпоративных структур с аппаратом – то, что можно наблюдать на протяжении всей истории капитала. В рамках последних двух десятилетий мы могли наблюдать съедание корпорациями крупного бизнеса, потом среднего, теперь дело за малым. Процесс этот неизбежен, однако то, как его использовать и использовать ли – выбор каждого из нас. В конце концов, мы будем жить (и живем) в мире, который построим сами, либо который построят для нас. Хорошо, что сейчас очевидно какой мир строится для нас, и хорошо, что у нас не много выбора: либо есть то, что дали, либо готовить самим.

В организации цепочек управления, взаимодействия и непосредственного производства продукта мы привыкли использовать доступные инструменты, контроль и управление над которыми уже давно не в наших руках. Занятие отдельных экономических ниш воспринимается нами как управление ими. Восприятие себя как «царя горы» дает кратковременный наркотический эффект, но и обеспечивает разрыв связи с действительностью. В то же время нормальной целью является, думаю, не ощущение собственного величия/могущества, а созидание конкретных благ, участие в этом процессе. Настоящие ништяки приносит именно это.

Collapse )